Полярные Зори: первый атомград за Полярным кругом 

Минус сорок. Сутками не стихает пурга, а солнце неделями не поднимается над горизонтом. Зима длится большую часть года, а снег может выпасть и летом.

Построить город в таких условиях непросто. Десятилетиями поддерживать в нём жизнь ещё сложнее. И тем не менее Арктика — самый урбанизированный регион России: 89% её населения живёт в городах. Со школами, больницами, кафе и детскими секциями — обычная жизнь с поправкой на широту. Большинство арктических городов и посёлков — оазисы посреди бескрайней тундры.

Дорог нет. Всё — от продуктов до топлива — доставляют по воздуху, по рекам или по морю, пока вода свободна ото льда. Один рейс в неделю, один корабль за короткую навигацию. Зимой 2025/26 года из-за штормов уголь в Чукотское село Мейныпильгыно пришлось завозить вертолётами. Топливо буквально стало «золотым»: один час полёта стоит сотни тысяч рублей, а таких рейсов нужны десятки.

В таких условиях обычная электростанция — уязвимое звено и заложник логистики: уголь и дизель нужно завозить постоянно. Атомная же получает запас топлива сразу на длительный срок, поэтому поставки требуются гораздо реже. Именно поэтому в нескольких точках российской Арктики сделали ставку на атом. Полярные Зори, Билибино, Певек. Три точки на карте, три разных пути. Три истории о том, как атом стал частью жизни на Севере — обеспечил города энергией и связал с собой судьбы нескольких поколений их жителей.

Фото: atomic-energy.ru

Фото: Алексей Жирухин

«Когда живёшь рядом с АЭС, вся твоя жизнь так или иначе с ней связана. Здесь станция — не призрак прошлого, а часть настоящего: она даёт работу, определяет ритм жизни и даёт чувство настоящей безопасности. Наш город небольшой, уютный и развивающийся. Мне нравится сочетание городской среды и природы: две минуты — и ты в лесу. Горжусь, что Полярные Зори не стали каменными джунглями».

В 1960-е Кольский полуостров стремительно рос. Здесь добывали никель, медь, апатиты — гигантские комбинаты требовали энергии, а мощностей построенных на северных реках ГЭС уже не хватало растущей промышленности. Нужен был новый, мощный источник тепла и света, не зависящий от сезонных паводков.

Решением стала атомная станция: в 1964 году на полуострове начали строить первую в СССР АЭС за Полярным кругом. На стройку поехали добровольцы со всей страны. В комитет комсомола летели письма: «Пишут вам девушки из Новосибирска. Мы хотим работать на вашей АЭС. Трудности нас не пугают, согласны на любую работу»; «Очень прошу ответить, нужны ли вам медики! Я очень хочу попасть на комсомольскую стройку». Приехавших оказалось столько, что жилья не хватало: люди жили даже в купейных вагонах, поставленных прямо на промплощадке.

Когда посёлку понадобилось название, объявили конкурс. Среди предложений были «Катомир» — «Кольская атомная — миру» и «Аэлита», но победили Полярные Зори — название отсылало к светлым летним ночам этих мест и оказалось символичным для энергетиков.

29 июня 1973 года первый энергоблок дал ток — и это был первый в стране опыт работы атомной станции в условиях полярного дня и ночи, при экстремально низких температурах и сильных ветровых нагрузках. Опыт Кольской АЭС стал важным для последующих энергетических проектов в высоких широтах.

Сегодня Кольская АЭС обеспечивает 60% энергии Мурманской области. По арктическим меркам Полярные Зори — относительно доступное место: сюда ведут федеральная трасса и железная дорога. В городе 14 000 жителей, есть ледовый дворец, горнолыжный комплекс, бассейн. Несколько лет назад пустырь на окраине превратился в бульвар «Северное сияние» — с дорожками, световыми инсталляциями, детскими площадками. А в сбросном канале станции, где вода не замерзает даже зимой, разводят форель и сибирского осетра — единственное такое хозяйство в Мурманской области.

Кольская АЭС — единственная в России станция, где срок эксплуатации энергоблоков был дважды продлён. В 2026 году на площадке будущей Кольской АЭС-2 начались подготовительные работы. Здесь планируют построить энергоблоки с реакторами нового поколения.

«Я живу в Полярных Зорях почти с рождения — то есть с 70-х годов. На станцию я ездил ещё в детстве, видел её и ходил на экскурсию. В детстве мы не сильно задумывались о таком соседстве, а потом и вообще привыкли. Родители работали на АЭС, и мы по рассказам проживали это вместе с ними. А потом мы выросли и сами стали работать на атомной станции. Боятся АЭС тогда, когда не понимают — мы же стали её частью, а себя смешно бояться.

Мы любим свою природу, с удовольствием путешествуем по своему краю и любуемся его красотами. У нас всё близко — можно выйти из дома и через 15 минут рыбачить, собирать грибы и ягоды, просто гулять по лесу, по набережной. Где ещё можно такое найти?"

Фото: Евгений Парилов

Фото: gelio.livejournal.com

Фото: МАЙМУР ТАТЬЯНА ЭДУАРДОВНА

житель Полярных Зорь:

«Вахтами удобно возить обычных рабочих, но не специалистов. Такой неделю после каждого прилёта только в курс дела входить будет — что там за время его отсутствия произошло…

Арктические города — это незаменимые центры разработки специализированных технологий освоения Арктики, опытные полигоны. В Арктике малые города выполняют функции, которые в обычных условиях «лежат на плечах» значительно более крупных населённых пунктов. По сравнению с ними арктические города — как бы карлики, но карлики огромной силы и значения.

Важно понимать, что именно города в Арктике служат центрами обеспечения здоровья и качества жизни в целом, сохранения и развития культуры. В связи с этим можно ожидать сокращения численности населения городов в Арктике, но не их исчезновения. Они станут базой для поиска в окрестных регионах новых ресурсов, базой дальнейшего освоения территории".

Фото: strana-rosatom.ru

«ПАТЭС для Певека — это второе дыхание. Работа на станции престижная и достойно оплачиваемая, желающих много, поэтому проводится конкурсный отбор.

Росатом участвует в развитии города: ремонтируются дороги, обновляются фасады. В планах — строительство физкультурно-оздоровительного комплекса, пищекомбината, крытого катка и тепличного комплекса, ремонт городской набережной".

Евгений Ковалевский, советник директора ПАТЭС:

«Южак действительно как будто обрушивается на город, и тогда жизнь в Певеке замирает дня на два-три, а то и больше. Отменяют занятия в школах, не работают практически все учреждения. Такой ветер может катать или швырять по тундре огромные предметы, например, контейнеры, срывать крыши или фасады домов и вообще всё, что плохо закреплено. Некоторые переулки или районы заметает довольно высоко, и после южака люди ещё долго откапывают входы и подъезды. В последние несколько лет у нас обновили набережную, поставили беседки и стационарные бинокли у моря, и в целом город преобразился. Стало больше молодёжи — приезжих специалистов».

Татьяна Придорожная, жительница Певека, сотрудница заповедника «Остров Врангеля»:

«Я сюда переехал из Уэлена — это самый восточный посёлок Чукотки и России, на берегу океана. Перебрались, потому что дети росли, нужно их учить. Когда приехал, была прямо эйфория: город, деревья! После побережья, где только камни и льды, увидеть деревья — это счастье. И дома капитальные, со всеми удобствами, не надо воду из бочки наливать. Для детей есть музыкальная школа, каток.

Когда пошли слухи о выводе станции, говорили: «Всё, Билибино кердык». Но станцию закрывают, а ценники на квартиры растут. В 22-м году купил трёшку за 2,5 миллиона, а сейчас она стоит пять. И объявлений полно — люди хотят снять жилье. Значит, специалисты едут. Наша станция уникальная: стационарных АЭС за полярным кругом больше нет ни в одной стране мира. В Москве сейчас специально разрабатывают проект, как вывезти топливо: нужны контейнеры с биозащитой, всё это надо спроектировать, привезти сюда, погрузить. Это надолго — до сороковых годов точно.

Росатом продолжает проводить программы, даёт гранты. Недавно открыли рекреационную зону: прямо в тундру вбили сваи, сделали настилы, скамейки, качели. В общем, симпатично получилось. Можно на самокатах кататься".

Житель Билибино, работник станции:

История Певека как районного центра началась в 1933 году, когда на берег Чаунской губы прибыли представители советской власти. На первом партийном собрании Певек определили главным поселением нового Чаунского района. Тогда здесь находились один домик-фактория, землянка и две яранги.

Уже через несколько лет в окрестностях нашли олово и золото. Певек стал портом, через который горнодобывающие предприятия получали технику и отправляли продукцию, и постепенно превратился в промышленный и транспортный центр восточной Арктики.

Одним из главных событий в недавней истории Певека стал приход плавучей атомной станции. В сентябре 2019 года у городского причала пришвартовался «Академик Ломоносов», а в мае 2020-го ПАТЭС ввели в промышленную эксплуатацию. Сегодня она снабжает электричеством Певек, Билибино и расположенные поблизости промышленные предприятия.

К 1989 году население Певека достигло максимума — около 13 тысяч человек. После распада СССР оловянные рудники закрылись, добыча золота стала преимущественно вахтовой, и за последующие десятилетия население Певека сократилось более чем втрое. Сегодня здесь живут около четырёх тысяч человек.

Местные называют Певек «городом романтиков и ромашек» — говорят, что при застройке сюда случайно завезли грунт с семенами. Летом под незаходящим арктическим солнцем здесь расцветают целые ромашковые поля. Зимой, в темноте полярной ночи, которая длится в Певеке почти два месяца, дует знаменитый южак: ветер, который набирает силу в тундре, переваливает через сопку и обрушивается на город со скоростью до 50 м/с.

После историй о транспортной изоляции, южаке и трудностях строительства на вечной мерзлоте возникает вопрос: зачем сохранять в Арктике постоянные города, если работников можно привозить вахтами?

Директор Центра арктической и северной урбанистики НИУ ВШЭ Надежда Замятина объясняет, почему этот путь ведет в тупик:

Строительство стало серьёзным вызовом для советских инженеров. Тепло от зданий и оборудования могло растопить лёд в грунте и сделать основание неустойчивым. Поэтому землю под главным корпусом заранее оттаяли, а здание возвели на массивных железобетонных плитах. За десятилетия работы под станцией сформировалась «чаша оттаивания» глубиной до 65−70 метров. За её состоянием постоянно следят с помощью наблюдательных скважин.

Девяностые жестко ударили по всей Чукотке: добыча золота сократилась, люди уехали — от 15 тысяч осталось меньше пяти. Но станция продолжала работать. Всего она прослужила 51 год. В декабре 2025 года на станции остановили последний реактор. Многие жители воспринимали это как угрозу будущему Билибино, но город продолжает жить и строить планы на будущее.

Вывод Билибинской АЭС из эксплуатации планируют завершить к 2054−2055 годам: к этому времени со станции должны вывезти топливо и радиоактивные отходы и демонтировать оборудование. Но уже сейчас электричество в Билибино поступает с плавучей атомной станции в Певеке.

История Билибино началась не с атома, а с золота. В 1955 году геологи нашли в долине реки Каральваам россыпи промышленного масштаба и в тундре появился посёлок золотодобытчиков. Назвали его в честь геолога Юрия Билибина, первооткрывателя «золотой Колымы». Добыча росла, посёлок превращался в город: появились целые микрорайоны пятиэтажек, детские сады, школы, дом культуры, библиотека, кинотеатр. В новогоднюю ночь 1971 года билибинцы впервые смотрели передачи из Москвы по телевидению — на ближайшей сопке заработала спутниковая станция.

Чем больше добывали золота и чем больше становился город, тем острее ощущалась нехватка электричества — дизельных мощностей уже не хватало. Чтобы не зависеть от завоза топлива через тысячи километров бездорожья, решили строить АЭС — первую в мире в зоне вечной мерзлоты.

Билибино: единственная в мире АЭС в вечной мерзлоте

Автор:
Влада вальченко

Материк — так жители арктических городов называют всю остальную часть России. «Уехать на материк» — это не только про смену географического положения и климата, но и жизненного уклада в целом.

Зимник — временная дорога, проложенная прямо по льду или замёрзшей тундре. Часто это единственный путь, связывающий города с удаленными поселками.

Навигация — период, когда море или реки свободны ото льда и по ним могут ходить суда. Для северян это время «большого завоза», когда в удалённые населённые пункты доставляют продукты, топливо и другие необходимые грузы.

У Полярных Зорь, Билибино и Певека разные отношения с атомной энергетикой. Полярные Зори возникли вместе с Кольской АЭС. В Билибино станция больше полувека давала городу свет и тепло, а теперь готовится к длительному выводу из эксплуатации. Для Певека атомная история только начинается.

Во всех трёх случаях атом стал не только источником энергии, но и частью городской жизни. С ним связаны работа, семейные истории и планы людей, для которых Север перестал быть временным местом.

Словарь жителя Арктики

Опора для тех, кто остается

Певек: город первой в мире плавучей АЭС

Фото: pravchukotka.ru

Фото: smgrf.ru 

Фото: gelio.livejournal.com

Территории

Фото: bolshoyvopros.ru

фотографии:
МАЙМУР ТАТЬЯНА ЭДУАРДОВНА, Евгений Парилов, Алексей Жирухин, gelio.livejournal.com, atomic-energy.ru, goroda.media, pravchukotka.ru, smgrf.ru, strana-rosatom.ru, bolshoyvopros.ru